Ван Гог, Пикассо или Матисс: Какие шедевры станут жертвой банкротства Детройта?

Автор: Олексій Копитько | 22 листопада 2013 02:25 |

Ситуация, в которой оказался Институт искусств в Детройте (США) (the Detroit Institute of Arts, крупнейший художественный музей города), заслуживает, чтобы о ней знали больше. В самой богатой стране мира, в её бывшей автомобильной столице музей фактически вынуждают продать часть коллекции, чтобы рассчитаться с долгами города.


Это пример того, какое разрушительное влияние может оказать экономическая конъюнктура и бездарный городской менеджмент на судьбу успешного и влиятельного культурного центра.

О том, как Детройт из преуспевающего индустриального мегаполиса превратился в жуткое черное гетто, имеющее долг порядка $18 млрд., сказано достаточно. Кому интересно, вот, например, текст Юлии Латыниной, которая в красках описала ситуацию.

Если схематично, то основные факты таковы. 18 июля 2013 г. Детройт объявлен банкротом. Денег у города нет. Введены жесточайшие меры экономии, вплоть до отключения светофоров.

Городом руководит чрезвычайный управляющий Кевин Орр. До конца года он должен представить федеральному судье по вопросам банкротства Стивену Родсу план реструктуризации долгов, согласованный с кредиторами.

Задача не из легких, давление кредиторов растет, времени всё меньше. Активов, которые можно было бы продать, чтобы погасить долги, или чтобы обеспечить залог под новые кредиты, у города нет. Промышленность умерла. Недвижимость стоит копейки.

Но в городе есть Институт искусств, коллекция которого насчитывает порядка 60 тыс. единиц. Среди них есть шедевры первого ряда. В первую очередь, это картины и скульптуры европейских мастеров, это импрессионисты, авангард и современное искусство.

В 1932-33 гг. стены Института искусств в Детройте расписал знаменитый мексиканский художник Диего Ривера.

А вот и его супруга - экстравагантная и самобытная Фрида Калло. Наблюдает за работой мужа.
Это и предыдущее фото - отсюда.

Боттичелли, Караваджо, Бернини, Тициан, Веласкес, Рембрандт, Рубенс, Ван Ейк, Брейгель-ст., Гойя, Роден, Ван Гог, Дега, Ренуар, Делакруа, Писсаро, Доре, Гоген, Моне, Пикассо, Мунк, Матисс, Бекман, Кокошка, Миро. Их картины и скульптуры, а также работы других выдающихся творцов – самая твердая валюта и самые конвертируемые активы, которые остались у Детройта.

 

Бернини. Тритон с раковиной.

Как только было объявлено о банкротстве города, сразу же возникала идея «раскулачить» музей. Часть его коллекции куплена за деньги городского бюджета и является (с небольшими юридическими оговорками) имуществом, которым город может отвечать по своим обязательствам. Вот он звериный оскал капитализма!

 

Клод Моне. Гладиолусы.

Естественно музей был категорически против, как и вся прогрессивная общественность, причем – не только в Детройте. Доводы приводились вполне логичные.

Во-первых, музей привлекает туристов, которые привозят деньги. Если подорвать его позиции, то и этих доходов не будет.

Во-вторых, от музея сразу же откажутся все спонсоры и меценаты. Какой смысл что-то вкладывать, если твои пожертвования по факту идут на погашение чьих-то долгов?

В-третьих, распродажа коллекции музея деморализует тех немногих, кто ещё верит в возрождение Детройта. Потому что музей – это всё-таки символ чего-то доброго и вечного.

Однако реальность такова, что деньги нужны немедленно. И взять их больше неоткуда.

Поэтому в сентябре 2013 г. офис чрезвычайного управляющего привлек специалистов аукционного дома Christie's для проведения оценки произведений искусства, которые можно было бы «монетизировать» (именно это слово используют).

Оценке будет подвергнуто около 1700 объектов. Аукционисты для каждого должны обозначить эстимейт, т.е., ориентировочную стоимость при продаже. Свой отчет Christie's обещали подготовить в октябре, потом в ноябре. Теперь очевидно, что раньше второй недели декабря отчета не будет. А времени нет. Проволочки объясняют сложной логистикой – вещи нужно осмотреть, при этом должны присутствовать музейные специалисты и т.д.

Christie's обязались до подачи официального отчета не давать никаких комментариев по поводу возможной стоимости работ. Но и так ясно, что стоимость этих вещей при нынешних ценах – миллиарды долларов.

Какой объем долгов решит покрыть управляющий за счет музея? Сколько и каких произведений будет продано? Пока не ясно. Предварительно офис управляющего обозначил две вещи:

  • ориентировочная сумма, которую хотят выручить от продажи музейных ценностей – $500 млн. Но это не окончательная цифра. На неё может повлиять отчет Christie's.
  • чиновники осознают, что нельзя нанести музею урон, после которого он не оправится. Но как это будет реализовано на практике – вопрос открытый.

Кевин Орр пока не встречался с руководством Детройтского института искусств. Но музейщики уже заявили, что будут в судебном порядке защищать коллекцию. На их стороне генеральный прокурор Мичигана, который вынес определение о том, что принудительно изымать коллекцию нельзя. Но юристы отмечают, что это не поможет.

Параллельно музей предлагает альтернативные варианты использования коллекции, чтобы избежать распродажи – передачу в залог для обеспечения кредитов, передачу в аренду и т.д. Но все эти шаги пока не встречают понимания, т.к. могут принести значительно меньше денег, чем необходимо здесь и сейчас.

Руководство музея убеждено – требование продать ценности на $500 млн. запустит для музея «смертельную спираль».

Среди вещей, которые могут уйти за долги, в частности, называют такие:

  • Питер Брейгель-ст. «Свадебный танец»

  • Анри Матисс. «Окно»

 

  • Винсент ван Гог. «Автопортрет»

 

  • Винсент ван Гог. «Копатели»

  • Пабло Пикассо. «Фрукты, графин и стакан»

  • «Ваза с Титанами» Огюста Родена и другие.

 

Учитывая ошеломительный рост цен, который наблюдается на арт-рынке, искомые $500 млн. могут быть добыты сравнительно малой кровью. Но сам прецедент будет ужасен.

Как прогнозируют американские обозреватели, в случае распродажи часть картин может отправиться в регион Персидского залива. Поскольку тамошние шейхи и эмиры – одни из самых платежеспособных покупателей.

В частности, авторитетный журнал Art Review в 2013 г. признал самым влиятельным человеком в искусстве сестру эмира Катара Аль-Маяссу-бинт-Хамад-бин-Халифа-аль-Тани. Именно она приобрела на нью-йоркских торгах Christie’s 12 ноября 2013 года триптих Френсиса Бэкона «Три наброска к портрету Люсьена Фрейда» за $ 142,4 млн. Годом ранее она же купила картину Поля Сезанна «Игроки в карты» за безумные $ 250 млн. (самая дорогая из когда-либо проданных картин).

Сестра эмира курирует строительство нового Национального музея Катара в Дохе по проекту французского архитектора Жана Нувеля.

Музей должен открыться в декабре 2014 г.

В общем, ситуация знаковая не только для США. Не секрет, что во многих странах Европы, которая страдает от кризиса, урезается бюджетное финансирование на культуру в целом и музеи в частности. Если Франция сокращает финансирование Лувру, то о чём еще говорить?

При этом неоднократно звучали призывы «монетизировать» часть музейных коллекций через арт-рынок, чтобы покрыть расходы. Либо путём создания эндаумента, либо инвестирования вырученных средств. Пока эти призывы услышаны не были. Но кто знает, как повернётся?

В Украине также есть персонажи, которые давно лоббируют монетизацию музейных коллекций. Получат ли они дополнительные аргументы для своих посягательств, будет ясно через пару месяцев.

Алексей Копытько

Теги

Схожі публікації

Коментарі (0)

 

Новини

Події

Журнал
«Музейний простір»

Актуальний номер - № 4(14) за 2014 рік

вологість:

тиск:

вітер:

вологість:

тиск:

вітер:

вологість:

тиск:

вітер:

вологість:

тиск:

вітер:

Рейтинг

Календар

Червень 2020

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Нд
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
2930     
Травень | Липень